■ ■ ■

умер беззлобный смех

умер безусый бог

тихо приходит смерть

если совсем оглох

не разгоняя мрак

тихо плывут смотри

шарики света как

мыльные пузыри

■ ■ ■

кто здесь шумер и аккад

кто здесь монтень и паскаль

кровь приливает к вискам

кровь прилипает к рукам

к морю бежит человек

тычется в замкнутый круг

время обугленных рук

время оболганных рек

душный ночной тель-авив

волга до самых корней

чтоб до скончания дней

слушать и слушать прилив

■ ■ ■

за толстые книги на замысле тонком

из кости слоновой из горькой услады

плохие подонки хорошим подонкам

вручают награды

убийства по мере таланта по мере

по русскому миру по слепку по снимку

где мёртвые люди и мёртвые звери

вповалку в обнимку

■ ■ ■

уехали

остались

заболели

замолчали

сели

убиты

умерли

лучше бы умерли

■ ■ ■

блаженные сны брадобреев

порочная жизнь без греха

небритая кожа деревьев

обветренная шелуха

глядит на меня исподлобья

хозяйка руин и морщин

и ходят живые надгробья

с портретами мёртвых мужчин

пульсирует шрам от осколка

ожог золотого руна

бессмертная книжная полка

дрожит на весу как струна

■ ■ ■

в комнате где светятся обои

и луна похожа на печать

мы в торжке не встретимся с тобою

и за муром нам не отвечать

никогда не будем мы врагами

никогда не жить нам под ельцом

человек с собачьими ногами

с ангельским лицом

■ ■ ■

как хотелось во сне умереть

вместе с вечной подругой непрочной

сколько лет тебе старче ответь

ну не двадцать уж точно

этот март этот мрак эта дрожь

этот город слепой и свирепый

слипся рис на ягненка похож

на свидетельство жертвы нелепой

от взрывной всё крадущей волны

от квартиры где обыска ждали

от вины от войны от страны

от любви от звериной печали

унесло вслед за пятой волной

эмиграции день выходной

превратился в посмертное фото

ты узнаешь на снимке кого-то

где от язвы спасусь прободной

где иврит недоступней латыни

вспоминаю про день выходной

а входного не будет отныне

■ ■ ■

а здесь в краю объятий и распятий

мне кажется ты дышишь под завалом

мерцает жизнь циничным карнавалом

банкетной чередой мероприятий

язык распух от тягостных раздумий

ночных тревог и утренних сомнений

международных требуя сношений

культурный кот урчит пока не умер

из театральной вырвавшись осады

с войною заигравшийся без меры

слепой слезливый мнит себя гомером

а приглядишься вылитый асадов

останься анекдотом или мемом

шути мой друг безрадостно и хлёстко

родившийся на море жигулёвском

умрёт теперь на море средиземном

осталось дело собственно за малым

за теми кто по-прежнему не в теме

мне снятся и мерещатся всё время

глаза и губы женщин под завалом

■ ■ ■

на стволах сухожилий и жил

еле держится тень в атмосфере

рассказать бы всю правду как жил

всё равно ведь никто не поверит

глядя в бездну с платформ башмаков

серый карла терзает кого-то

слышу плесень ночных облаков

протыкает игла самолёта

принеси мне сестра на заре

одинокое сердце в подоле

млечный путь утонувший в днепре

и небесное минное поле

■ ■ ■

я не оставлю детям ничего

я не оставлю мёртвым ничего

прощай убогой жизни торжество

семь тысяч недочитанных томов

собрание бессмысленных плодов

талантов бесполезных и трудов

блокнотов со стихами проводов

значков и марок видов городов

оценок школьных цинковых гробов

обсценных шуток зеков и рабов

и дней слепых на дне глазного неба

я не оставлю детям ничего

прощай убогой жизни торжество

ни родины ни радости ни гнева

ни совести кромсающей мой сон

ни слова “совесть” полного пощады

и жалости к себе и хор ворон

и флешек хруст и голос в микрофон

и мамин календарь и пол дощатый

не убегай чуть-чуть ещё постой

и я умру я вылезу из кожи

весь мусор жизни подлой и пустой

твоя любовь спасти уже не сможет

а в украине будет рождество

волхвы заглянут в ясли возле хаты

я не оставлю детям ничего

я не оставлю мёртвым ничего

когда они воскреснут для расплаты

■ ■ ■

дай тебе птица спою

песню про позднюю осень

в этом посмертном краю

осенью плюс двадцать восемь

спи

под глазами сирень

рвутся снаряды и звенья

здесь только песни сирен

и стариков песнопенья

солнце песок и трава

не за что больше цепляться

сколько им было

едва

двадцать один

двадцать два

двадцать

■ ■ ■

посиневшими пальцами

держится за свой кусок

со своей совестью

говорит подлец

отец и сын

отёк и сыпь

сахар песок

три ложки пепла

запад восток

хлопок сырец

■ ■ ■

на всех фотографиях

они все улыбаются

они улыбаются всем

после того как их убили

■ ■ ■

пятна трупные победы

обманули дурака

недобитые шахеды

подстригают облака

и шуршат дрожа от стужи

кто теперь не без греха

перемолотые души

словно снежная труха

■ ■ ■

когда оборвано вещание

беззвучно плачем и кричим

и вновь задержано дыхание

до выяснения причин

и вновь сердечное мерцание

часов стеклянных колесо

и зависает как прощание

твоё последнее лицо

■ ■ ■

никогда и нигде но с носка

бьёт мне в зубы тупая москва

это сытая злая тоска

тварь глухая

я и сам-то всегда был не айс

есть в шкафу у меня свой чубайс

фридман геббельса эрнст вертухая

■ ■ ■

хорошо что муму этого не увидела

мычи герасим топи муму

все мы вышли из лодки герасима

сверхнедочеловеки

великая русская культура муму

россия герасима

хождение по мумукам

безумие безмумие безмумумие

заикание

■ ■ ■

но различимы только позывные

офелия как слышишь это гамлет

весь русский мир театр тебе ли нам ли

не знать как ранят действия сквозные

рассыпан свет больничный купоросом

когда нет слёз и всё предельно хрупко

не узнавать не быть дышать сквозь трубку

и на вопрос не отвечать вопросом

на непролазном капище бесхозном

остаться где и для чего остаться

какие сны в том страшном сне приснятся

в том странном сне

в том медикаментозном

■ ■ ■

вот уже два года мы почти не разговариваем

только глубокой ночью

когда ты лежишь с закрытыми глазами

и делаешь вид что наконец уснула

я молча целую твоё лицо

■ ■ ■

со временем шагавший в ногу

сидит в потёмках без ноги

забудь скорей меня ей богу

не береди не береги

зачем мы всё-таки случились

звенели в связке как ключи

фуршетной радостью лучились

глаза дарившие лучи

когда мы пели трали-вали

когда прощались навсегда

и дыбом волосы вставали

совсем не так как поезда

■ ■ ■

косплей соплей по всей руси великой

и буду тем скажу вам по секрету

что псину глупую я ливером кормил

и чувства верующих лирой оскорблял

■ ■ ■

братское кладбище

фейсбучная лента

фотографии девочек и мальчиков

которых убили в двадцать один

фотографии стариков и старух

когда им исполнился двадцать один

■ ■ ■

два раза в неделю

по воскресеньям и четвергам

ты присылаешь мне сообщения

как ты? жив? вас больше не бомбили?

твой номер давно заблокирован

я знаю что полгода назад ты умерла

может ты просто не знаешь об этом

■ ■ ■

персты прильнут к перстам

когда сожмут кадык

а воз и ныне там

и друг степей калмык

и друг степей калмык

■ ■ ■

моешь ты лапы ему

чёрному псу моему

и подхалиму и трусу

как магдалина исусу

встанем все вместе под ель

мы рождены для расправы

русский мой пёс спаниель

чёрный мой агнец кудрявый

■ ■ ■

ты бестолочь хухры мухры

погрешность сущая в процессе

где как бильярдные шары

летают русские миры

с погромным свистом по одессе

мы выбываем из игры

шеренга хилая уродов

шваль карнавальной мишуры

швы пешеходных переходов

из всех отверстий пулевых

во всех суждениях предвзятых

смешные шавки нулевых

кумиры вшивые десятых

далече те и нет иных

стоп-кадр извечной пантомимы

рожденные в глухонемых

ушедшие глухонемыми

■ ■ ■

только крыса вещами шуршит

только обыск

только тень твоя в страхе бежит

на последний в округе автобус

вот россия твой вечный жених

вот народ вот ночные химеры

академики ран ножевых

мёртвых душ инженеры

никого не оставят в живых

■ ■ ■

если дым застывает в мраморе

будь мне родиной и сестрой

в этом юморе в этой камере

пахнет холодом и костром

или две строки или три строки

а потом до утра облом

половые расселись призраки

как заложники за столом

луч фонарика знак локации

обрывается в небе свет

разрешается к публикации

тот которого больше нет

■ ■ ■

ты куда идёшь прохожий

за черту добра и зла

повторять одно и то же

гладить мёртвые тела

повторять одно и то же

с растреклятого числа

хорошо что он не дожил

и она не дожила

хорошо что не родился

и она не родилась

кто-то с горочки спустился

кто-то вывернулся всласть

кто-то в трансе кто-то в транше

кто-то с гадиной в кровать

раньше надо было раньше

надо было умирать

■ ■ ■

арестовали общество глухих

вы что не слышали

приготовиться обществу слепых

вы что не видите

■ ■ ■

я продал родину

родительская дача

недалеко от волги у оврага

теперь она принадлежит другим

оставшимся в фашистском государстве

моих родителей уже на свете нет

под соснами на даче три собаки

погребены и все они мне снятся

и все они мне снятся словно мстят

за то что продал родину

наверно

поэтому ночами я не сплю

держись моя любимая держись

из непреодолимых обстоятельств

для смерти

остаётся только жизнь

■ ■ ■

вот и всё и всё не наше

пой про волю и покой

и отчаянно мне машет

тень оторванной рукой

от дурацких этих песен

перепачканных войной

самолётный след как плесень

высыхает надо мной

ничего нам не простится

не зачтётся ничего

замечательные лица

все мертвы до одного

эта проседь эта просинь

как закрашенный мурал

ты меня зачем-то просишь

чтобы я не умирал

■ ■ ■

смотрит глазами оловянными

пуленепробиваемыми

смотрит да приговаривает

на двадцать пять лет

на восемь

на пять с половиной

на вечное изгнание

на бессрочную ссылку

в первом комментарии

■ ■ ■

а ты слыхал рассказы оссиана

любя свою ночную катаракту

куда идут простые россияне

в наёмные убийцы по контракту

■ ■ ■

ванька-встанька охлобыстин

боль похожая на срам

сам себе я ненавистен

с хрустом с горем пополам

по сухим огромным листьям

я хожу по мёртвым листьям

как по мёртвым языкам

тру костяшками глазницы

заклинаю позабудь

я усну и мне приснится

отчего мне не уснуть

■ ■ ■

нежить сестра

склонилась над братской могилой

крики ура

мешаются с хавой нагилой

скоро зима

на авито

белое купишь пальто

спрашиваю для вида

кто виноват

никто

ворона накаркала

собака накакала

■ ■ ■

приговорённый дышать между строк

я отмотаю потешный свой срок

жизнь до кости размотаю

встроюсь в усталую стаю

вещи забыли свои имена

родина тонет в уродстве

мачеха чушка родная война

песня о вечном сиротстве

как в невесомости будет висеть

тела разорванный свёрток

русский язык социальная сеть

где воскресают из мёртвых

■ ■ ■

медуза ночь омытая слезою

заложники в золе у мавзолея

я русский дух я вирус мезозоя

я сторож тель-авивского музея

я справа фонарём пишу налево

встречая ротозеев у порога

луна кривым уткнулась рогом в небо

три детских трупа из кривого рога

■ ■ ■

а где мне взять такую бензю

и о любви и о судьбе

да чтоб никто не догадался

что эта бензя о тебе

какая ж бензя без баяна

бензя русского мира

бензяпила русского мира

у бензи мрачной на краю

застыть над бензей

ты бензя

нет

ты не бензя

я бензя

■ ■ ■

я умираю после девяти часов утра

ах если б знали вы какая мука

из мёртвых каждый вечер воскресать

да знаем знаем говорите вы

нет повода для жизни в новостях

изгнанники погрязшие в грехах

и жертвы из семейства палачей

заложники в тоннелях умирают

и пейджеры кровавые в руках

и пепперштейн в ногах у кости эрнста

холодные каналы амстердама

и тлеющие кости в холокосте

и тлеющие кости в украинских

степях

скажи когда же выйдут дети

из подземелий харьковских на свет

когда же я вернусь в свою россию

в страну неизлечимой дедовщины

сентиментальной мерзости величья

и совести развратной без стыда

■ ■ ■

кричал от боли

плакал от безысходности

имел мужество

быть слабым

■ ■ ■

где ты снежная баба где ты юная дева

поверните направо поверните налево

поверните на землю поверните на небо

это черное небо обожжёт до кости

поверните направо поверните налево

круговое движенье никого не найти

■ ■ ■

небо чёрное хрипит как пластинка

отвернуться не дают вот потеха

слишком быстро докурил не простился

слишком долго уезжал не уехал

разрешите не дышать задушите

отвернуться не дают до финала

смыслы вырваны разорваны нити

только ангелы скулят у завала

я понять хочу бельмес ни бельмеса

только подлое дрожит в круговерти

тело без определённого места

смерти

■ ■ ■

в скайпе в зуме я встречусь с тобой

на том свете мы встретимся в стриме

как живу да никак дорогой

просто жду когда кончится время

когда время закончится жду

и смотрю на закат сквозь ладони

не в аду мне гореть а в саду

в деревянном родительском доме

исполать тебе друг исполать

на пороге фуршетного рая

убивать день и ночь убивать

продолжается жизнь

повторяя

■ ■ ■

мы фрики мы мемы мы клики

а массы всё рвотней и рвотней

наш ирод такой невеликий

великий урод в подворотне

вы нас никогда не простите

рыдает плакучая ива

вороны кричат на иврите

что холодно им и тоскливо

вороны черны как воронки

им тоже воронам не спится

блестят золотые коронки

и велосипедные спицы

горят в украине глаголы

и души шуршат без обличий

и ангелы точно монголы

со свистом уносят добычу

■ ■ ■

смеются

улыбаются

машут

оторванными

замёрзшими

руками

танцуют

отбивают такт

оторванными

замёрзшими

ногами

забегают в свой новый

разрушенный дом

молодые мужчины и женщины

дети

с изуродованными

до неузнавания лицами

смотрят вытекающими глазами

в сторону россии

на старой плёнке моего зрения

на обугленной плёнке

в целлулоидных разводах

зигзагах и кляксах

на плёнке шосткинского комбината

шосткинского комбината свема

■ ■ ■

и ворох чужих показаний

как ворон летит за корму

увидеть слепыми глазами

и не рассказать никому

случайно средь шумного бала

в преддверии судного дня

как не было как не бывало

как больше не будет меня

■ ■ ■

мы выросли

на таких хороших книгах

что теперь их и в руки

взять страшно

■ ■ ■

все не могут уехать

все не могут остаться

все не могут вернуться

все не могут

2022–2026 гг.